г. Москва, Спартаковская площадь, дом 14, строение 3, офис 3005
Соотношение корпоративного и частного интереса

Сформировавшиеся воззрения на категорию «интерес»

Интерес ныне становится основным, ключевым инструментом для развития права[1]. Его значимость возрастает еще и в связи с все большей диспозитивностью регулирования корпоративных отношений.

Впервые с теорией интереса выступил немецкий ученый Р. фон Иеринг, который видел сущность права в интересе. Однако, критики указанной теории указывали на то, что интерес выступает лишь как цель, а не сущность права, а право – лишь средство обеспечения и охраны интересов[2].

А.В. Малько также говорит, что субъективное право это, бесспорно, средство удовлетворения интереса[3].

Соглашаясь с мнением В.П. Грибанова, Д.В. Ломакин говорит, что интерес как предпосылка возникновения, динамики и прекращения правоотношения представляет собой отраженную потребность, необходимость, прошедшую через сознание и принявшую форму сознательного побуждения. То есть, рассматривает интерес как категорию субъективную[4].

Д.И. Дедов относит интерес к устойчивому явлению объективного характера, присущее неограниченному кругу лиц независимо от их индивидуальных предпочтений. В данном случае, на наш взгляд, Д.И. Дедов говорит о том, что интерес присущ каждому человеку, нет лиц без интереса. Однако, это не отрицает, что интерес у каждого лица индивидуален в силу его особенностей[5].

Таким образом, это явление существует объективно, но вместе с тем каждый конкретный интерес индивидуален. Сам по себе интерес является социальной потребностью, целью, на которую направлена реализация субъективного права.

Соотношение частного и корпоративного интереса

Е.В. Васьковский пишет, что корпорации преследуют цели, выходящие за пределы личных интересов отдельных членов. Именно поэтому следует строго разграничивать интересы участников и интересы юридического лица[6]. Что подразумевается под интересами юридического лица и как они соотносятся с интересами участников.

Обозревая теории юридического лица, В.Б. Ельяшевич отмечает, что все без исключения теории юридического лица исходят из факта выступления в гражданском обороте самостоятельных единств, к которым приурочиваются права и обязанности. В дальнейшем он отмечает, что если всеми теориями признается, что в обороте выступает единство, то, возможно, стоит остановиться на «той краткой формуле, которая не вызывает ни в ком сомнений по существу, но которой дается разное словесное выражение: юридическое лицо есть новый «субъект прав», «совокупность, трактуемая как единство», «единство во множественности», «новый пункт приражения прав» и т.д. и т.п»[7].

Существование явления единства признается большинством ученых. Споры возникают только в результате определения порядка включения этого единства в теорию права и законодательство, присвоения единству статуса субъекта права, характеристике единства в качестве юридического лица.

После обзора истории развития юридических лиц и теорий, описывающих их сущность, Н.В. Козлова приходит к выводу, что «вся мировая история, в том числе СССР, свидетельствует, что юридические лица существовали независимо от признания их объективным правом. Юридическое лицо – это объективное общественное явление, основанное на естественной необходимости, а не на фикции»[8].

В основе корпорации лежит общность людей, их объединение, особая социальная группа, которая несомненно является социальной реальностью. Такие социальные группы исторически имеют большой вес в общественных отношениях. Создание реального объединения невозможно без наличия общего интереса участников, почвы для их объединения.

Именно в объединении на определенных условиях состоит интерес отдельного участника при возникновении у него правового статуса члена хозяйственного общества, потому что именно такое объединение поможет достичь каждому из участников своих индивидуальных целей.

Д.В. Ломакин указывает, что у каждого участника (члена) корпорации может быть множество разных интересов, среди которых есть такие, которые являются общими для всех участников (членов) корпорации. Именно для реализации этих общих интересов отдельные субъекты и создают корпорацию, чтобы посредством института юридического лица удовлетворять свои имущественные и неимущественные потребности[9]. Участники реализуют свой интерес посредством участия в корпорации и способствованию достижению установленных для нее целей.

Однако, существует также точка зрения, которая отрицают общий интерес участников как членов единого образования. Так С.Ю. Филиппова говорит, что  «общность интересов как признак корпорации, представляется, выделять неверно, поскольку каждый участник корпорации имеет собственные интересы, почти никогда не совпадающие с интересами других участников, и уж во всяком случае, в корне отличающиеся от интересов иных субъектов корпоративных отношений: управляющих и самой корпорации»[10]. На наш взгляд, указанное утверждение не соответствует действительности, так как корпорация, являющаяся именно объединением, не может не иметь в своем основании именно общий интерес своих участников. Так Д.И. Дедов отделяя корпоративный конфликт утверждает следующее «наличие в обществе контролирующего акционера и миноритарных акционеров само по себе не предполагает возникновения конфликта интересов между ними, поскольку и те, и другие в результате объединения капиталов объединены и общим интересом»[11].

Таким образом, у участников корпорации всегда существует общий интерес, который совпадает с интересом юридического лица. Его не может не быть, поскольку корпорация в большинстве случаев является именно объединением. Интерес корпорации и интересы участников существуют отдельно друг от друга, но интерес корпорации безусловно должен приниматься участниками.

Частные интересы участников корпорации

Интерес в правоотношениях участия можно подразделить по принципу принадлежности на публичный, корпоративный и частный. Данное соотношение имеет практическое значение при определении соответствующего приоритета в регулировании тех или иных правоотношений.

Корпоративные правоотношения насыщены различного рода конфликтами интереса. Внутри хозяйственного общества конфликты могут возникать между участниками одного общества, между участниками и обществом, между участником и лицами, осуществляющими управление (менеджмент), также можно с полной уверенностью сказать, что на реализацию права участия непосредственно влияет еще и конфликт публичного и корпоративного интереса. Таким образом, выявление приоритета того или иного интереса в конкретном правоотношении, соответствующее правовое регулирование права участия позволит гармонизировать корпоративные правоотношения.

Регулирование права участия является именно тем инструментом, который способен учесть и использовать конфликт интересов. Исходить необходимо из того, что право участия в хозяйственном обществе направлено прежде всего на удовлетворение частных интересов. Публичные и корпоративные же интересы являются теми пределами, которые должны ограничивать реализацию участником своего права.

Изложенная классификация, на наш взгляд, имеет и большое практическое значение. Как верно замечает С.Ю. Филиппова, судебный механизм разрешения корпоративных конфликтов не срабатывает, потому что отсутствует правонарушение, а наличествуют лишь ущемленные интересы[12]. Статья 2 АПК РФ относит к задачам арбитражного судопроизводства защиту законных интересов. Следовательно, логично предположить, что и интересы, возникающие в сфере корпоративных правоотношений, также подлежат судебной защите, даже тогда, когда не состоялось правонарушения. Здесь, на наш взгляд, и играет важную роль установление баланса и приоритета различных интересов.

Выделить все возможные частные интересы участников невозможно, но для всех участников существуют общие интересы: интерес в объединении (быть частью определенной общности и участвовать в управлении ей), а также интерес в сохранении инвестиций и получении прибыли. Эти интересы исторически следуют из самой природы хозяйственного общества. Именно данные интересы в первую очередь получают признание и защиту со стороны государства.

Д.И. Дедов на этот счет замечает, что меры по защите прав участников не могут быть эффективными без понимания должного интереса инвесторов капитала, который заключается не только в реализации своих прав, а в сбережении и приумножении своего имущества (в данном случае – бизнеса компании). Надо подчеркнуть, что права, обусловленные акциями, являются лишь средством реализации главного интереса каждого акционера как собственника вложенного капитала, а не просто как владельца акций[13].

Конечно, общепризнано, что участник хозяйственного не является собственником имущества, переданного обществу. Но тем не менее это не отвергает должного и правильного отношения участников хозяйственных обществ к имуществу общества как к своему. Участники хозяйственных обществ имеют правовой статус не только участника корпоративных отношений, но еще и статус инвестора, деятельность которого направлена на вложения своего капитала с целью их приумножения в будущем, получения какого-либо имущества (денежных средств, вещи). Этот интерес должен учитываться в первую очередь при формировании права участия в хозяйственном обществе.

Интересен тот факт, что в корпоративных отношениях частный интерес может вступать в конфликт не только с корпоративным, но и с частным интересом другого участника. Такие конфликты наиболее часто проявляются в отношениях миноритарных и мажоритарных акционеров, участниками, владеющими долями по 50% в уставном капитале. Например, в отношениях по проведению общих собраний участников хозяйственных обществ. Ведь до определенного момента баланс этих интересов установлен не был и по этой причине со стороны миноритарных акционеров обжалованию подлежали многие решения общих собраний участников. В этой ситуации нельзя было допустить безусловного обжалования со стороны миноритариев решений собраний, но и оставить нарушение таких прав без последствий тоже нельзя. Выход выразился в Постановлении Пленума ВАС РФ от 18.11.2003 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах».

Корпоративный и публичный интерес

Первым ограничителем частного интереса выступает корпоративный интерес. Под корпоративным интересом необходимо понимать те потребности, удовлетворение которых ведет к достижению целей, предусмотренных законом и уставом для конкретного хозяйственного общества. Для любого хозяйственного общества таковыми являются: получение прибыли, стабильность деятельности и отсутствие убытков. Общий интерес всех участников является интересом Общества, а интерес корпорации, как правильно отмечает Д.И. Дедов, суть общий интерес каждого из акционеров[14]. То есть участие в корпорации должно осуществляться прежде всего в интересах корпорации, а только потом уже в своем личном интересе.

Получение прибыли, развитие и отсутствие у Общества убытков провозглашается главным интересом Общества как законом, так и учредителями при утверждении Устава. Своим решением они ставят такой интерес выше своего частного интереса, устанавливают необходимый приоритет, закрепляя его юридически. Приоритет интересов корпорации над индивидуальными интересами акционеров является одной из основных черт корпоративного механизма[15]. К такому же выводу в своих актах приходит и Конституционный суд РФ. Так, например, в Определении КС РФ от 03.07.2007 г. № 681-О-П указывается, что в силу особенностей предпринимательской деятельности в форме акционерного общества основанием для отчуждения у части акционеров принадлежащего им имущества могут быть интересы акционерного общества в целом – в той мере, в какой оно действует для достижения общего для акционерного общества блага. Содержание такого общего интереса является достижение эффективного управления обществом.

На наш взгляд, реализация участником своих прав, удовлетворение частного интереса не должно осуществляться в ущерб корпоративному интересу, если иное прямо не допускается нормами закона.

Публичный интерес зафиксирован в основных принципах права и государственного устройства Российской Федерации. Публичный интерес подвергается наибольшему выражению в нормах Конституции РФ. Более глубокому изложению такой интерес подвергается в актах Конституционного суда РФ. Особенность публичного интереса в корпоративных правоотношениях связана с тем фактом, что государство не является участником каких-либо отношений участия в хозяйственном обществе в качестве именно публичного субъекта. Как следствие, такой интерес защищается в корпоративных правоотношениях опосредованно, или через прямое правовое регулирование, или через установление приоритета корпоративного или частного интереса. Ярким примером установления такого приоритета являются акты Конституционного суда по вопросам корпоративного права в случае возникновения конфликта интересов между участниками хозяйственных обществ. Так в качестве примера можно привести Постановление Конституционного суда РФ от 3 июля 2001 года по жалобе АО «Приаргунское». В связи с публичной значимостью интересов частных инвесторов лишение права собственности на акции помимо воли миноритарных акционеров даже при условии справедливой компенсации должно являться крайней мерой, когда исчерпаны иные средства для сохранения инвестиций[16].

В Постановлении КС РФ № 3-П от 24.02.2004 года было прямо отмечено, что предпринимательская деятельность, осуществляемая в форме акционерного общества, затрагивает, публичные интересы. В Определении КС РФ № 8-О-П от 18.01.2011 г. указывается, что публичный интерес заключается в развитии акционерного общества в целом. В Постановлении КС РФ № 5-П от 10.04.2003 в качестве публичных целей провозглашается привлечение частных инвестиций в экономику и обеспечение стабильности отношений в сфере гражданского оборота. Именно эти обуславливают повышенное внимание Государства к правам миноритарных акционеров (Постановление КС РФ №2-П от 28.01.2010г.). Это основные позиции, из которых исходит КС РФ при определении публичных интересов в корпоративных правоотношениях.

Внимание Судов к установлению баланса интересов, распространение в последнее время понятия корпоративного конфликта, конфликта интересов выводит категорию интерес на передний план при формировании структуры и правового регулирования права участия в хозяйственном обществе.

Значение частного и корпоративного интереса можно найти в возможности «проникновения за корпоративную вуаль». Как указывает Е.А. Суханов одной из теорий, лежащей в основе этой возможности, является «теория субъективного злоупотребления» Р. Серика. Согласно этому подходу, в случаях использования юридического лица для совершения злоупотреблений в виде обхода закона, нарушения договорных обязательств или обмана третьих лиц, его участники тем самым в собственных противоправных интересах сами нарушают его юридическую самостоятельность, поэтому основания для разделения личности и имущества юридического лица и его участников отпадают. Как указывал Р. Серик, «корпорация как таковая заслуживает признания лишь тогда, когда она используется для той [законной] цели, для которой она была создана»[17]. Таким образом, если участники корпорации заведомо действуют только в своих интересах, без учета интересов корпорации и ее кредиторов, то они должны самостоятельно нести ответственность за неблагоприятные последствия от своих действий.

Таким образом, все правовые возможности участника корпорации направлены на удовлетворение единых интересов. Прежде всего, корпоративного интереса в получении прибыли, стабильном развитии и отсутствии убытков. Затем уже частных интересов на получении прибыли, а также объединение и участие в управлении этим объединением. Это еще один довод в пользу выделения единого права участия, так как все оно в целом, а также элементы его структуры направлены на удовлетворение единого интереса корпорации и самого участника. Ни одно правомочие не достигает самостоятельно и единовременно корпоративного и частного интереса. Реализация всех правомочий взаимосвязана.

Библиографический список:

1       Конфликт интересов / Дедов Д.И. — М.: Волтерс Клувер, 2004.

2       Алексеев, С. С. Общая теория права : учебник / С. С. Алексеев. — 2-е изд., перераб. и доп. — М. : Проспект, 2011

3       Братусь С. Н. Субъекты гражданского права. М. : Госюриздат, 1950.

4       В.Б. Ельяшевич. Избранные труды о юридических лицах, объектах гражданских отношений и организации их оборота. В 2 т. Т. 1. – М.: Статут, 2007.

5       Власова А. В. Структура субъективного гражданского права. Ярославль : ЯрГУ, 1998.

6       Глезерман Г.Е. Интерес как социологическая категория // Вопросы философии. 1966. № 10.

7       Категория интереса в российском гражданском праве / Михайлов С.В. — М.: Статут, 2002

8       Крашенинников Е. А. Содержание субъективного гражданского права// Очерки по торговому праву: сборник научных трудов. Ярославль, 2006. Вып. 13 – с. 17

9       Ломакин Д.В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. М.: Статут, 2008.

10     Мотовиловкер Е.Я. Интерес как сущностный момент субъективного права (цивилистический аспект) // Правоведение. 2003. №4

11     Общее учение о правоотношении / Халфина Р.О. — М.: Юрид. лит., 1974.

12     Понятие и сущность юридического лица. Очерк истории и теории. Учебное пособие / Козлова Н.В.; Науч. ред.: Ем В.С. — М.: Статут, 2003.

13     Права, свободы и законные интересы: проблемы юридического обеспечения / Малько А.В., Субочев В.В., Шериев А.М. — М.: Норма, 2010.

14     Проблемы реформирования Гражданского кодекса России: Избранные труды 2008 – 2012 гг. . – М.: Статут, 2013.

15     Учебник гражданского права / Васьковский Е.В.; Науч. ред.: Ем В.С. — М.: Статут, 2003.

16     Филиппова С. Ю. Корпоративный конфликт: возможности правового воздействия / Рос. акад. правосудия. М., 2009.

Примечания:

[1] Конфликт интересов / Дедов Д.И. — М.: Волтерс Клувер, 2004. — c. 5.

[2] Братусь С. Н. Субъекты гражданского права. М. : Госюриздат, 1950. с.12.

[3] Права, свободы и законные интересы: проблемы юридического обеспечения / Малько А.В., Субочев В.В., Шериев А.М. — М.: Норма, 2010. — c.9

[4] Ломакин Д.В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. М.: Статут, 2008. с. 140-141.

[5] Д.И. Дедов. Указ. соч. с.5.

[6] Учебник гражданского права / Васьковский Е.В.; Науч. ред.: Ем В.С. — М.: Статут, 2003. С. 184.

[7] В.Б. Ельяшевич. Избранные труды о юридических лицах, объектах гражданских отношений и организации их оборота. В 2 т. Т. 1. – М.: Статут, 2007. с. 51.

[8] Понятие и сущность юридического лица. Очерк истории и теории. Учебное пособие / Козлова Н.В.; Науч. ред.: Ем В.С. — М.: Статут, 2003. с. 192.

[9] Ломакин Д.В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. М.: Статут, 2008. С.142

[10] Филиппова С. Ю. Корпоративный конфликт: возможности правового воздействия / Рос. акад. правосудия. М., 2009. с.17

[11] Д.И. Дедов. Указ. соч. с. 117.

[12] С.Ю. Филиппова. Указ. соч. с. 158.

[13] Д.И. Дедов. Указ. соч. с. 163.

[14] Д.И. Дедов. Указ. соч. с. 96.

[15] С.Ю. Филиппова. Указ. соч. с. 52.

[16] Д.И. Дедов. Указ. соч. с. 34.

[17] Проблемы реформирования Гражданского кодекса России: Избранные труды 2008 – 2012 гг. . – М.: Статут, 2013. С. 259-260.

Похожие записи
«Участие в корпорации» как объект корпоративных правоотношений

В ходе реформы гражданского законодательства предмет гражданского права был расширен путем включения в ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) корпоративных отношений, которые связаны с участием в корпоративных организациях и с управлением ими. Таким образом, для выяснения круга отношений, которые подпадают под правовое регулирование корпоративных норм гражданского права, необходимо рассмотреть понятие участия, раскрыть его содержание.

В научной литературе мало внимания уделено отношениям участия, поэтому при изучении данного явления не приходится опираться на множество точек зрения.

Как тонко заметила В.В. Долинская, «…природу прав акционеров мы видим не столько во владении акцией, сколько в участии акционера в акционерном обществе» [1].

Р.С. Фатхутдинов указывает, что большинство авторов сходится в том, что объектом права участия (корпоративного права) являются деятельность организации и результаты этой деятельности (Е.Б. Сердюк, Л.А. Новоселова, П.В. Степанов, Н.В. Козлова), деятельность обязанных лиц (Д.В. Ломакин) [2]. На наш взгляд, речь в указанных точках зрения идет о корпоративном правоотношении в целом, которое в том числе охватывает и отношения участия, складывающиеся между корпорацией и ее участниками.

Другие авторы определяли отношения участия через наличие у субъекта участия соответствующих прав и обязанностей.

Так, П.А. Писемский отмечал, что именно участие есть совокупность прав и обязанностей, связанных между собой в одно нераздельное правоотношение [3]. Аналогичный взгляд мы встречаем у И.Т. Тарасова [4], П.П. Цитовича [5].

А.И. Каминка указывал, что акционеры не являются хозяевами акционерного общества, а образуют лишь высший орган общества [6]. И отношения участия ученый связывает именно с правом участия в этом органе акционерного общества.

Шире, чем просто совокупность субъективных прав, участие в корпорации рассматривает Д.В. Ломакин, который утверждает, что, по сути, участие — это комплекс связей участников (членов) корпорации с самой корпорацией, что проявляется в наличии у них субъективных прав и обязанностей, являющихся элементами содержания правоотношения участия (членства) [7]. Однако что именно это за связи — ученый не говорит.

Некоторые авторы напрямую не определяют понятие участия в корпорации, тем не менее из предлагаемых ими определений можно вывести понимание данного явления.

С.Ю. Поваров включает в членские корпоративные отношения все отношения, складывающиеся между участником и акционерным обществом (по поводу участия акционеров в управлении организацией, получения дивиденда, приобретения и выкупа акционерным обществом размещенных акций и т.д.) [8].

Из определения корпоративных правоотношений, предлагаемого И.С. Шиткиной, можно сделать вывод о том, что участие в корпорации касается лишь управления и контроля за деятельностью общества [9].

В.П. Мозолин сводит акционерное отношение к участию в делах общества, куда включает решение вопросов по управлению и распоряжению имуществом общества [10].

А.В. Габов утверждает, что участники корпораций в рамках корпоративного отношения реализуют свои интересы по управлению юридическим лицом [11].

А.Б. Бабаев также замечает, что удовлетворение интереса лица происходит посредством участия в управлении юридическим лицом [12].

Так или иначе, все перечисленные позиции можно свести к единому знаменателю: участие в корпорации — это реализация участниками своих прав по отношению к хозяйственному обществу.

Следующим образом описывает объект акционерного правоотношения В.В. Долинская: «Объектный состав акционерных правоотношений в узком смысле слова может включать акции, но не сводится к ним. Это могут быть любые вещи, права на чужие действия и обязанности совершить эти действия или воздержаться от определенных действий, результаты творческой деятельности и права на них, иные права, имеющие денежную оценку, их совокупности, отвечающие признаку товарности…» [1]. Как cледует из определения, собственные действия участника корпорации не включаются автором в объект акционерного правоотношения, который, кроме того, должен отвечать признаку товарности. На наш взгляд, «участие в корпорации» не должно отвечать признаку товарности, а действия, включаемые в «участие», носят, скорее, организационный, чем предпринимательский характер. Такой взгляд на корпоративные отношения подтверждается в том числе и Постановлением Конституционного Суда РФ от 24 февраля 2004 г. № 3-П.

Таким образом, в научной литературе участие в корпорации в подавляющем большинстве случаев связывается, прежде всего, с наличием у субъектов определенных прав и обязанностей, направленных на управление корпорацией, с участием в распределении прибыли и обороте долей в уставном капитале. Иными словами, участие в корпорации чаще всего рассматривается как правоотношение.

Иной взгляд на участие в корпорации предлагает Р.Р. Ушницкий. Он говорит, что большинство авторов неправильно определяют объект корпоративного правоотношения на основе непризнанной доктриной «поведенческой» теории объекта корпоративного правоотношения [13, с. 76]. Автор пишет, что взамен переданного имущества участники приобретают благо — благо быть участником корпорации [13, с. 77]. Объектом корпоративного правоотношения выступает сам «факт участия в корпорации» в качестве особого вида материального блага. Именно «участие в корпорации» является тем искомым благом — объектом, по поводу которого складывается это правоотношение [13, с. 78].

На наш взгляд, «участие в корпорации» нельзя определять как материальное благо. Во-первых, потому что нельзя признать за каким-либо участием свойство материальности. Во-вторых, на наш взгляд, автор смешивает понятия объекта гражданских прав и правового статуса участника корпорации. Благом, ценностью в рассматриваемом случае является именно правовой статус участника корпорации, набор и объем прав, которыми он обладает. Тем более, такой взгляд на «участие в корпорации» рождает вопросы к определению его природы и содержания, из чего же состоит это материальное благо. И ответить на этот вопрос можно будет только через описание содержания деятельности участника корпорации, тех действий, которые составляли бы статус обладателя материального блага «участия в корпорации». Тем самым мы опять вернемся к критикуемой автором «поведенческой» теории объекта правоотношения. Отметим, что, рассматривая «участие в корпорации» как материальное благо, пришлось бы рассматривать как таковое еще и «управление корпорацией» в соответствии с новой редакцией ст. 2 ГК РФ.

Рассмотрение «участия в корпорации» в качестве материального блага возвращает теорию (да и практику) на несколько ступеней назад в своем развитии. Ранее аналогичным образом рассматривались доли в уставном капитале ООО, права на которые принадлежали его участникам. Из-за неопределенности правовых воззрений на долю в ООО высказывались мнения о необходимости ее овеществления [14].

Корпоративные правоотношения — это связь, которая возникает между участниками и корпорацией. Содержанием правоотношения являются права и обязанности сторон. Таким образом, можно сделать вывод, что участие — это явление фактического порядка, а права участника являются лишь инструментом для его осуществления. Более того, поведение члена корпорации в рамках участия в корпорации гораздо шире, чем те правовые возможности, которые закреплены в законодательстве.

Влияние участника на корпорацию обусловливается наличием связи, выражающейся в правоотношении. Такое влияние может оказываться не только путем реализации участником своих прав, но и в результате бездействия, а также неправомерного поведения. Следовательно, поведение в рамках участия можно подразделить на правомерное и неправомерное.

Правомерное поведение может выражаться в действии и бездействии. Правомерные действия связаны с активным осуществлением тех возможностей, которые закреплены законом. Правомерные действия можно подразделить на действия в своем интересе и в интересах корпорации. Действием в интересах корпорации является непосредственная защита прав и интересов корпорации ее участником. Бездействие связано с таким поведением участника, которое не содержит активных действий, вместе с тем оказывает влияние на корпорацию. Например, обязанность корпорации уведомлять участника о собрании, включать в списки на распределение прибыли, даже если участник фактически не принимает участие в жизни корпорации. Иными словами, участник одним своим существованием оказывает влияние на корпорацию.

При этом на юридическое лицо огромное влияние оказывает и неправомерное поведение участника, вытекающее именно из наличия корпоративного правоотношения по поводу участия. Неправомерное поведение также может быть активным и пассивным. Неправомерные действия связаны с совершением каких-либо действий, которые противоречат законодательству, наносят корпорации убытки, могут быть квалифицированы как злоупотребление правом. Неправомерное бездействие связано с таким пассивным поведением члена, которое нарушает права и законные интересы корпорации и других ее участников. Например, широкое распространение в судах получила практика отказа в защите прав участников по причине незаинтересованного отношения к делам корпорации. Суды считают недобросовестным и неразумным поведение участника, который не участвует в общих собраниях, не знакомится с хозяйственными документами общества, не интересуется своим правовым статусом (Определение ВАС РФ от 10 апреля 2013 г. № ВАС-3221/13 по делу № А40-50320/12-138-470; постановление ФАС Волго-Вятского округа от 30 ноября 2011 г. по делу № А39-4165/2010; постановление ФАС Дальневосточного округа от 26 апреля 2013 г. № Ф03-1355/2013 по делу № А51-13266/2012; постановление ФАС Дальневосточного округа от 14 декабря 2012 г. № Ф03-5111/2012 по делу № А51-12675/2011). Широко распространена также практика исключения участника ООО за уклонение от участия в общих собраниях (п. 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24 мая 2012 г. № 151).

Участник корпорации всегда ведет себя определенным образом: правомерно или неправомерно, активно либо пассивно. Участник оказывает влияние на корпорацию одним своим существованием.

Таким образом, участие в корпорации — это правомерное или неправомерное поведение (действие или бездействие) члена корпорации, которое оказывает непосредственное влияние на корпорацию и других ее участников.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Акционерное право: основные положения и тенденции: монография / В.В. Долинская. — М.: Волтерс Клувер, 2006. — С. 82.
  2. Уступка доли в уставном капитале ООО: теория и практика: монография / Р.С. Фатхутдинов. — М.: Волтерс Клувер, 2009. — С. 24.
  3. Акционерные компании с точки зрения гражданского права / П. Писемский. — М.: Тип. Грачева и Ко, 1876. — С. 57.
  4. Учение об акционерных компаниях / И.Т. Тарасов / редкол. В.С. Ем, Н.В. Козлова, С.М. Корнеев, Е.В. Кулагина, Д.В. Ломакин, П.А. Панкратов. — М.: Статут, 2000. — С. 410.
  5. Труды по торговому и вексельному праву: учебник торгового права. — К вопросу о слиянии торгового права с гражданским. — В 2-х т. — Т. 1 / П.П. Цитович / науч. ред. В.С. Ем. — М.: Статут, 2005. — С. 152.
  6. Акционерные компании. Юридическое исследование. — Т. 1 / А.И. Каминка. — С.-Пб.: Типо-лит. А.Е. Ландау, 1902. — С. 13.
  7. Ломакин Д.В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обществах. — М.: Статут, 2008. — С. 87.
  8. Поваров Ю.С. Акционерное право России: учебник для магистров / Ю.С. Поваров. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Юрайт, 2012. — С. 109.
  9. Корпоративное право: учебник для студентов вузов, обучающихся по направлению «Юриспруденция» / Е.Г. Афанасьева, В.Ю. Бакшинскас, Е.П. Губин и др.; отв. ред. И.С. Шиткина. — М.: Волтерс Клувер, 2007. — С. 37.
  10. Мозолин В.П., Юденков А.П. Комментарий к Федеральному закону «Об акционерных обществах». — М., 2003. — С. 13, 14.
  11. Габов А.В. Общества с ограниченной и дополнительной ответственностью в российском законодательстве.— М.: Статут, 2010. — С. 151.
  12. Бабаев А.Б. Методологические предпосылки исследования корпоративных правоотношений // Вестник гражданского права. Научный журнал. — № 4. — Т. 7. — М.: ООО «Издат. дом В. Ема», 2007. — С. 9.
  13. Ушницкий Р.Р. О гражданско-правовой форме корпоративного отношения // Вестник гражданского права. — 2011. — № 5.

14. Проблемы корпоративного права в арбитражной практике / В.И. Добровольский. — М.:     Волтерс Клувер, 2006.