г. Москва, Спартаковская площадь, дом 14, строение 3, офис 3005
Что надо внести в договор с 1 июня?

С 1 июня вводится обязательный досудебный порядок разрешения споров

По общему правилу в арбитражный суд можно будет обратиться только через 30 календарных дней после направления претензии. Об этом и других изменениях в Арбитражном процессуальном кодексе читайте в нашем обзоре. В самом конце обзора мы включили краткие практические рекомендации для юрлиц и ИП, на которые нужно обратить внимание в связи с поправками.

1. Федеральным законом от 02.03.2016 № 47-ФЗ внесены серьезные поправки в Арбитражный процессуальный кодекс, которые начнут действовать с 1 июня. Одна из них касается претензионного порядка разрешения споров. Так, обратиться с иском в арбитражный суд можно будет, только если компания или ИП отправили претензию и с момента отправки прошло 30 календарных дней. Сейчас пока (до 1 июня) отправлять претензию до подачи иска необходимо, если это предусмотрено в договоре или законе. 

Из общего правила об обязательном претензионном порядке предусмотрено три исключения:

Во-первых, иные срок и порядок направления претензий могут быть установлены в законе либо договоре. Это означает, что уже сейчас следует предусмотреть в договорах с контрагентами иной (а точнее сокращенный) срок, по истечении которого можно обратиться в суд с иском. В противном случае придется ждать 30 календарных дней. А это несет в себе риск того, что за 30-дневный срок должник легко сможет вывести свои активы. При этом наложить обеспечительные меры (например, на банковские счета) до подачи иска практически невозможно (предварительные обеспечительные меры суды применяют крайне редко).

Во-вторых, не требуется направлять претензии по следующим делам: об установлении фактов, имеющих юридическое значение, о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, о банкротстве, по корпоративным спорам, о защите прав и законных интересов группы лиц, о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования, об оспаривании решений третейских судов. 

В-третьих, если спор вытекает из административных и иных публичных правоотношений, то претензию придется отправлять, только если это предусмотрено законом.
Если иск (заявление) будет подан без направления претензии или до истечения 30-дневного срока, то суд его вернет (если суд еще не успел принять иск к рассмотрению) либо оставит без рассмотрения (если иск был принят к производству). Конечно, в обоих случаях можно будет заново обратиться в суд, но время окажется упущенным.

2. Также теперь в Арбитражном процессуальном кодексе появится приказное производство. Его суть заключается в следующем: если должник не возражает против требований кредитора, то кредитор (компания или ИП) может подать заявление о выдаче судебного приказа с приложением документов, подтверждающих признание долга со стороны должника. Тогда суд вынесет решение без вызова сторон всего лишь за 10 дней. Правда, должник может заявить возражения в течение 10 дней после получения копии судебного приказа. В этом случае суд отменит выданный судебный приказ и рассмотрит дело в обычном (исковом) порядке. Приказное производство будет возможно не для всех категорий дел, а только для трех случаев: 

- По требованиям в размере не более 400 тыс. рублей, которые вытекают из нарушения договора и основаны на представленных взыскателем документах, при этом документы подтверждают признанные, но не исполненные должником денежные обязательства. 
- По требованию в размере не более 400 тыс. рублей, которое основано на совершенном нотариусом протесте векселя в неплатеже, неакцепте и недатировании акцепта. 
- По требованию о взыскании обязательных платежей и санкций в общем размере не более 100 тыс. рублей. 

Таким образом, если должник признал свой долг и сумма этой задолженности не более 400 тыс. рублей, то лучше подать заявление о выдаче судебного приказа, а не исковое заявление. В этом случае задолженность получится вернуть гораздо быстрее. Ведь судебный приказ будет иметь силу исполнительного документа, и взыскатель сможет обратиться к приставам или в банк уже через 10 дней после истечения срока на подачу возражений. Дополнительно получать исполнительный лист не нужно. 

3. Изменяются и положения об упрощенном производстве. В упрощенном порядке будут рассматриваться иски о взыскании денежных средств, если цена иска не превышает для юрлиц – 500 тыс. рублей (раньше максимальная сумма была 300 тыс. рублей), для ИП – 250 тыс. рублей (раньше 100 тыс. рублей), а также иски о взыскании обязательных платежей и санкций, если общий размер взыскиваемой суммы составляет от 100 тыс. рублей до 200 тыс. рублей (раньше не более 100 тыс. рублей). При упрощенном порядке суд принимает решение немедленно после судебного разбирательства путем подписания резолютивной части судебного акта. А вот чтобы получить решение в полном объеме, то есть с мотивировочной частью, придется подать отдельное заявление. На это дается 5 дней со дня размещения резолютивной части на сайте суда. 

Рекомендации для юрлиц и ИП: 
1. Необходимо предусмотреть в договорах сокращенный срок и четкий порядок направления претензий. 
2. Если должник не возражает против долга, лучше подавать заявление о выдаче судебного приказа, а не обычный иск. Это ускорит получение задолженности.
3. Чтобы получить мотивировочную часть судебного решения при рассмотрении дела в упрощенном производстве, нужно подать отдельное заявление. 

Источник:  
Федеральный закон от 02.03.2016 № 47-ФЗ http://goo.gl/y9R28Z

Похожие записи
Уголовно-правовая защита корпоративных прав

Статус генерального директора, председателя правления, или, говоря языком закона, единоличного исполнительного органа считается престижным. Также считается, что занятие позиции управляющего предприятия выгодно: это и высокая зарплата, и постоянные бонусы за высокие показатели, и «золотые парашюты» при увольнении.

Тема ответственности топ-менеджмента за допущенные нарушения в широких кругах почти не обсуждается, оставаясь прерогативой юристов.

Не так давно, 30.07.2013 г., Пленумом Высшего Арбитражного Суда РФ было принято Постановление № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица». Подавляющим большинством корпоративных юристов содержащиеся в нем разъяснения оценены как расширение оснований для ответственности единоличных исполнительных органов. Звучали мнения о том, что желающих занять должности топ-менеджеров фирм после принятия упомянутого постановления станет меньше.

Однако ответственность директоров не исчерпывается прекращением полномочий и компенсацией убытков. У нее есть еще один аспект — уголовно-правовой, на котором хотелось бы остановиться в рамках настоящей статьи.

При осуществлении своих полномочий недобросовестный генеральный директор может совершить массу деяний, предусмотренных Уголовным кодексом РФ (далее — УК РФ): мошенничество, присвоение, растрата, дача взятки, коммерческий подкуп и множество иных (в этот список, вероятно, можно включить больше половины статей Особенной части УК РФ). Но нас в рамках данной статьи будет интересовать исключительно ст. 201 УК РФ, предусматривающая ответственность за злоупотребление полномочиями, потому что, наверно, нигде больше уголовное право так тесно не подходит к корпоративному. В литературе отмечается, что статья 201 УК РФ (как, впрочем, и в целом глава 23 УК РФ) направлена на защиту именно корпоративных прав, в то время как остальные главы Особенной части УК РФ направлены на защиту конституционных, гражданских, жилищных и иных прав. Поэтому участникам и акционерам стоит обратить на данную статью пристальное внимание.

Гражданский кодекс РФ (далее — ГК РФ) говорит об органах юридического лица.

Если толковать п. 3 ст. 53 ГК РФ, то видно, что она устанавливает обязанность лица, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, действовать, во-первых, в интересах представляемого им юридического лица, во-вторых, добросовестно и, в-третьих, разумно.

У нас нет цели углубляться в чисто гражданско-правовые вопросы: что входит в понятия «добросовестности» или «разумности». Нас интересуют последствия нарушения сформулированной в указанной норме обязанности. Статья 53.1 ГК РФ указывает, что по требованию учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, нарушитель обязан возместить убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Но это гражданско-правовые последствия.

Чтобы понять последствия уголовно-правовые, обратимся к ст. 201 УК РФ.

 

«1. Использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам, если это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства, —

наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до четырех лет.

  1. То же деяние, повлекшее тяжкие последствия, —

наказывается штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет или без такового, либо принудительными работами на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового, либо лишением свободы на срок до десяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет».

Как видно, здесь как раз имеет место установление уголовной ответственности за нарушение гражданско-правовой нормы, предусмотренной п. 3 ст. 53 ГК РФ: за использование полномочий вопреки законным интересам организации.

Как представляется, угроза уголовной ответственности все же более существенна, чем угроза компенсации убытков, и должна больше стимулировать лиц, выполняющих управленческие функции, к добросовестному исполнению своих обязанностей, действиям в интересах организации[i].

Что любопытно, часто акционеры, участники обществ с ограниченной ответственностью вообще не знают о возможности привлечь директора к уголовной ответственности за допущенные им злоупотребления. Точнее, рассматриваются варианты мошенничества, присвоения и растраты, но квалификация его действий по ст. 201 УК РФ — крайне редко.

Однако, насколько известно автору, в последнее время количество случаев привлечения к уголовной ответственности по данной статье показывает тенденцию к росту, о причинах чего мы поговорим ниже.

 

Особенности состава преступления

Для начала, чтобы лучше понять те проблемы, с которыми сталкиваются участники, акционеры при защите своих прав с помощью уголовно-правового механизма ст. 201 УК РФ, мы взглянем на ситуацию с точки зрения руководителя, которого пытаются привлечь к ответственности.

Что обращает на себя внимание юриста в статье 201 УК РФ, так это обилие неконкретных и оценочных формулировок: «использование лицом своих полномочий»; «вопреки законным интересам организации»; «повлекло причинение существенного вреда».

То, с чего начнет анализ всей ситуации, предоставленной на его разрешение, следователь или суд, — это вред. Это понятно, так как преступление — это деяние, обладающее определенной (повышенной) степенью общественной опасности. И если вред несущественный, то общественная опасность невелика и преступления нет.

Итак, вред должен быть существенным. Как было сказано выше, эта формулировка является оценочной, и оценку надлежит дать правоприменителю: конкретному судье или следователю, к которому попало уголовное дело или заявление о преступлении.

Вред при злоупотреблении полномочиями может принять различные формы: возникновение убытков, доначисление налогов, привлечение компании к ответственности, утрата права собственности на имущество, возложение на компанию дополнительных обязательств.

Любопытен пример, который приводит Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 16.10.2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий»[ii]. В состав последствий, признаваемых существенным вредом при злоупотреблении полномочиями, включается длительное прекращение производственного процесса, иные нарушения деятельности организации (п. 21), то есть, по сути, прекращение деятельности юридического лица. Действительно, если директор распродал все имущество, уволил всех работников, то вряд ли это обрадует участников общества. Но такое толкование по неизвестной причине воспринимается правоприменителем как руководство к действию без дополнительной проверки: презюмируется, что если в результате совершения некоего действия общество прекратило деятельность, то состав ст. 201 УК РФ налицо (по крайней мере, объективная сторона). И как-то забывается об общественной опасности.

Но не вызывает никаких сомнений, что компания компании рознь. Есть крупные успешные компании, прекращение деятельности которых влечет колоссальные потери и для участников, и для общества в целом. Есть компании, которые работают «в ноль». А есть компании, которые потонули в кредитах и стоимость чистых активов которых отрицательная. Неужели прекращение деятельности каждой из таких компаний влечет одинаковые последствия и имеет одинаковую общественную опасность?

Не лишним здесь будет вспомнить и ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», устанавливающую субсидиарную ответственность и директора, и участников по непогашенным долгам компании. Несложно представить себе ситуацию, когда директор, видя, что компания находится в плачевном состоянии и что для продолжения деятельности (например, оплаты аренды, выплаты зарплаты) придется брать кредит или заем, решит, что эту самую деятельность лучше прекратить, чем потом нести субсидиарную ответственность по такому кредиту, да еще и подставить под такую ответственность учредителей.

Но, к сожалению, следователи и суды предпочитают не вдаваться в такие подробности, если деятельность прекращена и формально состав преступления налицо.

Далее правоприменителя будет интересовать «использование лицом своих полномочий». И с единоличным исполнительным органом здесь не возникает никаких проблем: в соответствии с пп. 1 п. 3 ст. 40 Закона об ООО, п. 2 ст. 69 Закона об АО, директор (генеральный директор) действует без доверенности от имени общества, в том числе представляет его интересы, совершает сделки от имени общества, дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками общества. Таким образом, любое действие директора — это использование им своих полномочий в рамках практически не ограниченной законом компетенции.

Интересным является вопрос о превышении полномочий директором, если оно повлекло причинение вреда. Если читать формулировку статьи буквально, то речь в ней идет именно об использовании полномочий, то есть только тех, которые есть, а не тех, которых нет. Некоторые исследователи проводят аналогию с преступлениями, совершаемыми должностными лицами: для них законодатель специально предусмотрел составы злоупотребления должностными полномочиями — ст. 285 УК РФ (то есть теми, которые есть) и превышения должностных полномочий — ст. 286 УК РФ. Отсюда делается логичный вывод, что ст. 201 УК РФ говорит только об использовании имеющихся, закрепленных в законе и учредительных документах полномочий.

С учетом того, что аналогия, то есть расширительное толкование составов или применение схожих составов преступлений, в уголовном праве запрещена п. 2 ст. 3 УК РФ, некоторыми учеными делается вывод, что превышение директором должностных полномочий не охватывается статьей 201 УК РФ, то есть в уголовном законе имеется пробел, и к ответственности за превышение полномочий директор привлечен быть не может. В качестве примера часто приводится ситуация совершения сделок без одобрения компетентного корпоративного органа: совета директоров или общего собрания.

Данный вопрос является актуальным в свете того, что он связан с наиболее болезненной для учредителей ситуацией вывода активов из компании, когда директор распродает дорогостоящее имущество по бросовым ценам своим аффилированным лицам. Такие сделки часто бывают крупными, почти всегда — сделками, в совершении которых имеется заинтересованность. Неужели директора из-за недосмотра законодателя нельзя привлечь к уголовной ответственности?

На наш взгляд, здесь следует более глубоко подойти к гражданско-правовой и корпоративной сущности происходящего, а именно определить, превышает ли директор свои полномочия, когда совершает без одобрения соответствующие сделки.

Прежде всего, еще раз вспомним, что в силу ст. 40 Закона об ООО, ст. 69 Закона об АО единоличный исполнительный орган, во-первых, представляет интересы своего общества без доверенности, а во-вторых, совершает от имени общества сделки и заключает договоры. Таким образом, по общему правилу, отчуждая имущество, директор действует в рамках своих полномочий.

Почему же мы считаем, что, совершая крупную сделку, директор превысил полномочия? Корпоративные законы говорят нам о необходимости одобрения сделки, то есть дополнительного юридического факта для признания сделки полностью соответствующей закону.

Известно, что крупная сделка или сделка с заинтересованностью, совершенные с нарушением предусмотренного законом порядка, являются оспоримыми (ст. 166 ГК РФ), то есть действительны до момента признания противоположного судом. Следовательно, раз гражданское законодательство признает эти сделки существующим юридическим фактом, влекущим права и обязанности, то и у уголовного права нет оснований считать, что здесь имел место некий порок в части наличия или отсутствия полномочий у директора.

Таким образом, по мнению автора, заключение договора, являющегося крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, будет именно использованием директором тех полномочий, которые у него и так есть, а вовсе не превышением полномочий. На наш взгляд, с учетом компетенции единоличного исполнительного органа и специфики его деятельности, невозможно представить ситуацию, когда он превысит свои полномочия.

Следует отметить, что и правоприменители, не вдающиеся в такие гражданско-правовые рассуждения, тоже считают, что превышение полномочий охватывается составом ст. 201 УК РФ.

Таким образом, в случае совершения директором крупной сделки или сделки с заинтересованностью, если она повлекла наступление существенного вреда обществу и совершена с корыстной целью или с целью причинения вреда, никаких формальных препятствий для привлечения такого директора к уголовной ответственности ст. 201 УК РФ не содержит.

Наконец, обратимся и к совершению действий «вопреки законным интересам организации». Кто решает, какие у организации законные интересы? Были ли они нарушены? Конкретный следователь и суд? Акционеры и участники? Наверно, самым точным будет ответ, что следователь и суд с учетом мнения акционеров и участников. Хотя об учете мнения акционеров и участников мы поговорим чуть ниже, когда речь будет идти о возбуждении уголовного дела.

В настоящее время правоприменители идут по самому простому пути. В соответствии с п. 1 ст. 50 ГК РФ, коммерческие организации основной своей целью имеют извлечение прибыли. Аналогичная формулировка встречается в абсолютном большинстве уставов ООО и АО (по крайней мере, автору не встречалось устава коммерческой организации без подобной формулировки). Именно извлечение прибыли и рассматривается правоприменителем как «законный интерес» организации при установлении того, есть ли состав преступления, предусмотренного ст. 201 УК РФ. Иными словами, если конкретные действия директора причиняют ущерб организации, то это действия «вопреки ее законным интересам».

Наверно, здесь следует задаться вопросом, а как же рисковый характер предпринимательской деятельности: заключая договор, предприниматель может лишь с определенной долей вероятности предвидеть, будет он исполнен или нет, как изменится конъюнктура рынка и не станет ли прибыльная, на первый взгляд, сделка в итоге убыточной. Но, к сожалению, пока что ни следователей, ни суд эти вопросы, похоже, не волнуют.

Точно так же правоприменители не обращают внимания и на вопросы установления субъективной стороны преступления, а именно умысла и цели извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам. В большинстве случаев доказать их не то что сложно, а просто невозможно. В обвинительном заключении и в приговоре указывается, что умысел и цель установлены, но каким образом установлены, чем это подтверждается, остается за их рамками.

В итоге мы сталкиваемся с ситуацией, когда:

а) любое действие директора — это использование им своих полномочий;

б) любое действие, не приносящее прибыли, — это действие вопреки законным интересам организации;

в) является ли вред существенным, решает только конкретный следователь или судья;

г) в голове у директора никто копаться не будет, и вопросы умысла и целей его действий остаются неисследованными.

Очевидно, что такая ситуация может только удручать директоров. А с учетом простоты доказывания всех вышеперечисленных фактов понятно, почему кривая количества уголовных дел по ст. 201 УК РФ в последнее время ползет вверх.

 

Процессуальные вопросы

Теперь попробуем взглянуть на ст. 201 УК РФ со стороны участников и акционеров компании, где директор действительно начал совершать какие-то сомнительные действия, в которых можно усмотреть состав злоупотребления полномочиями.

Прежде всего, отметим, что, несмотря на вышеуказанную простоту доказывания состава преступления, следователи, как правило, отказывают в возбуждении уголовного дела. По нашему мнению, это связано, скорее всего, во-первых, с относительно невысокими санкциями за совершение преступления, а во-вторых, с тем, что до передачи дела в суд им все-таки придется совершить достаточно много действий: получить документы от организации, провести обыски в организации и выемки в налоговой инспекции и банке, допросить сотрудников компании, возможно, назначить экспертизу. Видимо, взвешивая количество действий и возможное наказание, следователи не хотят связываться со ст. 201 УК РФ.

Однако, повторимся, ситуация изменяется в благоприятную для участников сторону.

Что касается собственно порядка возбуждения уголовного дела, то о нем следует сказать следующее.

После отмены п.п. 2 и 3 примечания к ст. 201 УК РФ особенность возбуждения уголовного дела по этой статье предусмотрена только ст. 23 УПК РФ, которая гласит, что если соответствующее деяние причинило вред интересам исключительно коммерческой организации, то уголовное дело возбуждается по заявлению руководителя организации или с его согласия.

И здесь кроется интересный парадокс: руководитель организации совершил преступление, а уголовное дело возбуждается по его заявлению или с его согласия. Возможно, эта норма рассчитана на то, что такое заявление или согласие должно исходить от нового руководителя. Очевидно, что в состоянии корпоративного конфликта прекратить полномочия директора порой бывает просто невозможно, но это не должно приводить к тому, что он останется безнаказанным.

Наверное, обратив внимание на данное противоречие, Верховный Суд РФ в Постановлении Пленума от 16.10.2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» разъяснил, что помимо руководителя организации заявление или согласие может исходить от органа управления организации, в компетенцию которого входит избрание или назначение руководителя, а также с согласия члена органа управления организации или лиц, имеющих право принимать решения, определяющие деятельность юридического лица.

Кто такие лица, имеющие право принимать решения, определяющие деятельность юридического лица, не очень понятно. Представляется, что речь идет о членах совета директоров, участниках и акционерах, в зависимости от того, к чьей компетенции отнесено назначение директора.

Даже если отвлечься от того, насколько возможно так расширять судебным толкованием нормы уголовно-процессуального закона, нельзя не заметить, что Верховный Суд РФ, решив одну проблему, создал другую. Представим ситуацию, когда в обществе два участника: одному принадлежит 99,99 % долей, другому — 0,01 %. Генеральный директор совершает сделку, которая повлекла убытки. Мажоритарий, допустим, понимает, что генеральный директор действовал разумно и добросовестно, но его обоснованный риск привел к негативным последствиям, а миноритарий — нет, и обращается с заявлением о преступлении. Формально он член органа, который назначает директора, но должно ли быть возбуждено уголовное дело, если мажоритарный участник против? С точки зрения закона и Пленума ВС РФ ответ положительный.

Но, наверное, с точки зрения здравого смысла, он не должен быть таким.

Конституционный Суд РФ в Определении от 03.07.2007 г. № 681-О-П указал, что в корпоративных отношениях важен баланс между интересами различных участников. Корпоративное законодательство устанавливает определенные пороги владения долей в капитале для получения права на совершение юридически значимых действий: получение информации, требование созыва общего собрания акционеров. Очевидно, что в корпоративном праве проводится принцип: чем большей долей уставного капитала лицо владеет, тем большими правами оно пользуется. Получается парадоксальная ситуация: лицо, которое не может даже требовать созыва общего собрания участников или акционеров для того, чтобы поставить вопрос о соответствии деятельности директора интересам общества и прекращении его полномочий, между тем, может подать в отношении него заявление о возбуждении уголовного дела и добиться для него даже лишения свободы.

Решением проблемы было бы закрепление в законодательстве определенных пороговых значений, начиная с которых подача заявления о возбуждении уголовного дела считалась бы допустимым поводом для начала преследования по ст. 201 УК РФ.

С точки зрения процесса следует помнить, что, согласно пп. а п. 1 ч. 2 ст. 151 УПК РФ, расследование уголовных дел по ст. 201 УК РФ подведомственно Следственному комитету России, а значит, чтобы не терять времени, заявление о преступлении лучше подавать сразу в отдел СКР по месту нахождения общества.

 

В заключение

Подводя итоги рассуждениям о возможностях использования ст. 201 УК РФ для защиты корпоративных прав, дадим рекомендации и участникам (акционерам), и директорам.

Участникам (акционерам) можно посоветовать более активно взаимодействовать со следователем, предоставить ему всю возможную информацию и документы, с одной стороны, а с другой — не опускать руки, получив отказ в возбуждении уголовного дела, потому что порой такой отказ может последовать вовсе не из-за того, что оснований для возбуждения уголовного дела нет, а из-за нежелания заниматься уголовным делом либо банальной нехватки времени.

Директору, в свою очередь, мы рекомендуем, во-первых, не допускать в своей деятельности нарушений закона, а во-вторых, в случае любых сомнений требовать принятия решения общего собрания участников (акционеров) или совета директоров для того, чтобы член такого органа, одобрив действия управляющего, уже не мог жаловаться на него в правоохранительные органы.

[i] Безусловно, внимательный читатель заметит относительно невысокий размер санкций за преступление, предусмотренное ст. 201 УК РФ. Дотошный читатель, проанализировав судебную практику, установит еще и тот факт, что в подавляющем большинстве случаев в качестве наказания назначается лишение свободы условно. Однако нельзя недооценивать превентивную функцию данной статьи: даже условное осуждение за умышленное преступление, тем более в корпоративной сфере (то есть против своих фактических нанимателей), мгновенно перекроет дальнейшую карьеру такого управленца

[ii] Название постановления не должно вводить в заблуждение, так как ряд его пунктов посвящен именно ст. 201 УК РФ.

Как расторгнуть договор в одностороннем порядке без суда

Когда в силу сложившихся обстоятельств отношения сторон по договору заходят в тупик, им законом предоставляется возможность расторгнуть договор, т.е. прекратить его действие. Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрена возможность сделать это как в судебном, так и во внесудебном порядке.

Итак, на основании анализа действующего законодательства можно выделить следующие способы расторжения договора:

      Расторжение по соглашению сторон

      Расторжение путем одностороннего отказа от договора

      Расторжение по решению суда

В настоящей статье мы остановимся исключительно на расторжении в договора в одностороннем порядке.

По общему правилу законодателем запрещен односторонний отказ от исполнения обязательств и, как следствие, односторонний отказ от договора. Однако в некоторых, прямо предусмотренных законодательством случаях допускается возможность одностороннего отказа от договора.


Узнайте цены на наши услуги по разрешению споров по расторжению договоров.

 

Договор можно расторгнуть в одностороннем порядке в следующих случаях:

      когда такая возможность прямо предусмотрена законодательством;

      когда такая возможность прописана в тексте договора.

 

Порядок одностороннего расторжения договора

Законом установлены возможности расторжения в одностороннем порядке для договоров аренды, подряда, возмездного оказания услуг, банковского счета, поручения, комиссии, агентирования и др.

Надо отметить, что некоторые договоры можно расторгнуть таким образом только при наличии определенных оснований.

Этапы расторжения:

1.  Возникновение предусмотренных законом или договором оснований для расторжения (не всегда требуется);

2.  Направление управомоченной стороной контрагенту уведомления о расторжении договора в одностороннем порядке (одностороннем отказе от договора);

3.  Прекращение договора с момента получения уведомление, если иное не предусмотрено законом или самим договором.

 

Последствия ненадлежащим образом оформленного расторжения

Если Вы не соблюдете порядок расторжения, установленный законом или договором, последствия этого могу выразиться, в первую очередь, в том, что Ваш договор не будет считаться расторгнутым. Вы, не зная и этого и полагая, что договор расторгнут, перестанете исполнять свои обязательства по нему. А Ваш контрагент может немного подождать и обратиться в суд за взысканием убытков, неустойки, обязанием исполнить обязательство в натуре и т.п.

 

Как правильно закрепить порядок одностороннего расторжения в договоре

Во избежание проблем в будущем в договоре должна быть четко зафиксирована возможность его расторжения в одностороннем порядке.

Для этого необходимо сделать следующее:

1.  установить по каким основаниям договор можно расторгнуть в одностороннем порядке;

2.  определить каким образом посылается уведомление (заказным письмом с описью вложения, электронной почтой, курьером и др.);

3.  указать срок, с какого момента после получения уведомления договор считается расторгнутым.

 

Как оформить уведомление о расторжении

Законом не установлено специальных требований к оформлению уведомления. Соответственно оно оформляется в свободной форме.

Такое уведомление должно содержать следующее:

1.  реквизиты стороны, направляющей уведомление

2.  указание на расторгаемый договор;

3.  указание на конкретное лицо, с которым расторгается договор;

4.  основания расторжения (должны соответствовать закону или договору);

5.  срок с момента получения уведомления, после которого договор считается расторгнутым;

6.  указание на порядок возврата исполненного по договору возмещения фактически понесенных расходов (если требуется).

 

Последствия правильного одностороннего расторжения договора

Последствием такого расторжения по общему правилу является прекращение обязательств, вытекавших из расторгнутого договора. Кроме тех, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения (например, гарантийные обязательства в отношении товаров или работ; условие о рассмотрении споров по договору в третейском суде, соглашения о подсудности и т.д.).

В некоторых случаях (зависит от характера договора и степени его исполненности) может также потребоваться возмещение фактически понесенных расходов другой стороне по договору или возврат исполненного по договору.   

Как взыскивать долги с государственных учреждений и органов

Неплатежами сегодня грешат не только частные компании, но и государственные. Более того, неплатежи таких организаций увеличиваются, а результата добиться бывает крайне сложно. Руководители государственных учреждений бывают не менее находчивы в деле ухода от долгов,  чем предприниматели. В этой статье мы расскажем как получить свои деньги, если должником является государственное предприятие.

 

Кратко остановлюсь на стадии взыскания. По нашему опыту, мы можем посоветовать не тянуть с обращением в суд. Как только произошло нарушение срока платежа просто направьте официальную претензию с требованием заплатить. При этом воспользуйтесь почтовой связью, а письмо должно быть заказным и с описью вложения. Иногда претензия оказывает влияние на руководство.

 

Часто государственное учреждение начинает тянуть время, жалуется на недостаток бюджетного финансирования и уверяет, что в ближайшее время деньги появятся. Был случай, когда кредитора так тешили обещаниями около 1 года и все это время государственная компания знала, что оплаты не будет, просто оттягивала суд.


Узнайте цены на наши услуги по взысканию долгов.


В данном случае, если Вы полностью выполнили свои обязательства, суд будет формальной стадией. Нужно просто грамотно провести его и как можно быстрее получить исполнительный лист. Советуем в этих случаях обращаться к профессионалам, чтобы не «спотыкаться» на формальных моментах. Тем более все расходы на представителя будут взысканы с государственного учреждения.

 

И так, вы получили исполнительный лист. Далее получение денег будет зависеть от многих факторов. Ниже мы опишем стратегию поведения в различных условиях.

 

1.         При взыскании непосредственно с Российской Федерации, с субъекта РФ или с органа местного самоуправления погашение задолженности будет происходить из соответствующей казны. При этом следует учитывать, что срок исполнения соответствующего требования составляет 3 месяца (часть 6 статьи 242.2 Бюджетного кодекса РФ). Поэтому после того, как вы сдали исполнительный лист, надо просто ждать.

 

2.         У каждого государственного учреждения есть расчетный счет в одном или нескольких коммерческих банках. Есть два способа узнать в каких банках. Во-первых в официальных реквизитах договора и на сайте, во-вторых, можно отнести копию исполнительного листа в налоговый орган и через пять дней вы получите полный перечень счетов. Далее можно по очереди сдать лист в каждый банк.

 

3.         Однако очень часто на расчетных счетах в банках денежные средства отсутствуют. Тогда необходимо обратить внимание на Центральный банк. У многих государственных предприятий счета открыты в Банке России, либо в его региональных отделениях. Узнать счет можно зачастую в конкурсной документации, где размещаются проекты государственных контрактов. Сдать исполнительный лист можно как в основной офис Центрального банка, так и в его региональное отделение. Исполнение листа происходит на общих основаниях, также как и в коммерческих банках. Возможность обратить взыскания на денежные средства, находящиеся на расчетном счету в Центральном банке предусмотрена частью 13 статьи 242.3 Бюджетного кодекса РФ.

 

4.         Если все предыдущие способы не подходят, то остается один, последний. У большинства государственных предприятий и учреждений есть счета в Казначействе (федеральном или региональном). О наличии счета, открытого в казначействе, можно узнать на сайте www.roskazna.ru. Исполнительный лист можно отнести в казначейство и ждать поступления денежных средств.

 

Мы осознанно ни слова не сказали о судебных приставах. Как вы можете догадаться, взыскать что-то с государственного предприятия через ФССП может стать большой проблемой. Легче будет иметь дело с различными финансовыми институтами напрямую.    

Как взыскать штраф за неисполнение корпоративного договора

Партнерам, которые нарушили свою обязанность проголосовать за реорганизацию ООО, предусмотренную корпоративным договором, придется выплатить инвестору неустойку в размере 5 млн рублей. Суд отказался снизить размер этого штрафа и впервые взыскал с нарушителей корпоративного договора неустойку в таком крупном размере. В конце этой новости кратко разъясним, какие условия лучше включать в текст корпоративного договора, чтобы избежать подобного спора.

Суть этого дела заключалась в следующем: в рамках инвестиционного проекта венчурный инвестор вложил деньги в уставный капитал одного ООО, в результате чего в этом ООО стало три участника (инвестор и два физлица, которые изначально были собственниками ООО). Все три участника заключили корпоративный договор, в котором предусмотрели обязанность проголосовать за преобразование ООО в ЗАО, а затем за присоединение этого ЗАО к его дочернему ЗАО. На случай нарушения обязанностей по корпоративному договору (в том числе и по поводу солидарного голосования на общем собрании) стороны предусмотрели неустойку в размере 5 млн рублей.


Узнайте цены на наши услуги по разрешению споров из корпоративных договоров.


На общем собрании участников два участника-физлица проголосовали против реорганизации. Третий участник (инвестор) был возмущен таким положением дел. Ведь перед подписанием корпоративного договора он вложил 60 млн рублей (в покупку доли в ООО) и рассчитывал на ее реорганизацию согласно условиям корпоративного договора. Поэтому он обратился в суд с иском о взыскании неустойки в размере 5 млн рублей с каждого из двух нарушителей корпоративного договора. В суде ответчики заявили, что проголосовали против, поскольку в этот период оспаривали положения корпоративного договора об обязанности солидарно голосовать за реорганизацию ООО (отметим, что впоследствии суд отказался удовлетворить их требование). В целом они были не против проголосовать за реорганизацию. Но их не устраивали условия этой реорганизации, в том числе тот факт, что не было известно содержание нового устава.

Суд первой инстанции подтвердил, что действительно нарушение корпоративного договора имело место и у венчурного инвестора было право на взыскание неустойки с каждого из нарушителей. Но при этом он решил, что предусмотренный договором размер неустойки несоразмерен нарушению (то есть инвестор особо ничего не потерял от этого нарушения), и значительно снизил ее. В итоге с каждого участника-нарушителя суд взыскал только по 50 тыс. рублей.

Апелляция не согласилась с тем, что суд первой инстанции снизил неустойку, а также с тем, что неустойку нужно было взыскать с каждого из нарушителей. В итоге она изменила решение суда первой инстанции и взыскала 5 млн рублей с обоих участников (то есть по 2,5 млн рублей с каждого). Суд кассационной инстанции согласился с апелляцией (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 02.06.2016 по делу № А45-12277/2015).

 

На заметку для бизнеса:

Участники ООО или акционеры АО вправе заключить корпоративный договор и определить в нем обязанность осуществлять определенным образом свои права или воздерживаться от их осуществления. Например:

- договориться голосовать определенным образом на общем собрании участников,

- согласовать вариант голосования с другими участниками,

- договориться о продаже доли или ее части по определенной цене или при наступлении определенных обстоятельств либо воздерживаться от продажи,

- осуществлять согласованно иные действия, связанные с управлением обществом, с созданием, деятельностью, реорганизацией или ликвидацией.

При этом за нарушение таких обязанностей можно установить штраф в любом размере. Конечно, есть риск, что при рассмотрении спора суд снизит размер этого штрафа (на основании ст. 333 ГК РФ). Но как видно из этого дела, суд может и отказаться снизить размер неустойки, если сочтет, что он на самом деле соразмерен нарушению.

Чтобы не попасть в такую неприятную ситуацию, как участники вышеописанного спора, лучше подробно указывать в корпоративном договоре условия совместного голосования или выполнения других обязанностей. Например, если стороны корпоративного договора договорились голосовать за реорганизацию общества, то нужно прописать все условия такой реорганизации, в том числе условия устава нового общества, размеры долей и т.д. (в том числе можно сразу разработать проект такого устава и указать, что он является приложением к корпоративному договору).